Красновости

Испанский за решёткой: осужденный из Эквадора преподаёт иностранный язык в красноярской колонии

07:01 8 октября 2026

В Красноярске на улице Кразовская расположена исправительная колония строгого режима №17. Там отбывают наказание мужчины, впервые осуждённые к лишению свободы в возрасте от 18 до 85 лет. Среди них — эквадорец по имени Лара Акунья Матео Себастьян.

Иностранец занимается спортом, преподаёт испанский и работает дворником. А ещё – учится банковскому делу в российском университете, и всё это в стенах колонии. «Городские новости» поговорили с Матео о его прошлом, настоящем и будущем.

Путь до ИК-17 неблизкий, зато по прямой. Дорога из центра города занимает на машине чуть меньше часа. На автобусе ехать значительно дольше, с пересадкой. Картинки за окном сменяют друг друга — дома, люди, автомобили – до тех пор, пока не остаются одни деревья. Даже на скорости замечаешь, как листья щекочет солнце. Кажется, они смущаются и краснеют, а небо всё такое же ясное и высокое. Осень.

Нас встречает заместитель начальника исправительной колонии №17 Алексей Игнатов. Оформляем пропуск, смотрим в камеру, проходим досмотр. Телефон, умные часы, деньги оставляем в кабинках. Каждую открытую дверь сопровождают громкие звуковые сигналы — настораживает.

На территории жилой зоны находятся общежития, столовая, медицинская часть, клуб, образовательные учреждения и объекты бытового назначения.

Сразу замечаем густой газон, зелёный и ровный. Над прозрачным козырьком — решётка. Кто-то вдалеке красит бордюры. Здороваемся. Алексей Игнатов ведёт нас в библиотеку – там сейчас проходит занятие по испанскому языку.

Лара Акунья Матео Себастьян родился в Кито – столице Эквадора, государства на северо-западе Южной Америки. В Красноярск приехал в 2021 году: закончил школу во время COVID-19, начал осваивать русский язык и в 19 лет поступил на факультет экономики как иностранец. Его бабушка с дедушкой получили образование в СССР. Семья этим очень гордится.

Матео встречает нас широкой улыбкой. Позже он скажет, что в этом и есть разница менталитета — русские поначалу серьёзные люди, а эквадорцы сразу открытые и доверчивые. Улыбаемся всему классу в ответ.

Кружок испанского в ИК-17 существует с 2024 года, по воскресеньям. За партами сидят взрослые и молодые мужчины. Занятия длятся час. Преподаёт Матео впервые, но за два года накопился определённый опыт. Занимаются по учебникам. Внутри – упражнения, тексты для чтения и грамматика. Темы проходят по порядку.

— Конечно, даже в учебнике бывают ошибки. Но для этого есть я, а также студенты, которые уже могут общаться на испанском с другими студентами, – объясняет Матео.

Один из осуждённых, Илья, несколько лет жил в Латинской Америке. Он бегло говорит, но в грамматике ещё «плавает».

— Сейчас подтягиваю испанский, переучиваем прошедшие времена, — делится ученик. — В колонии действительно много возможностей. Если себя применить, можно превратить пребывание здесь в настоящий трамплин для жизни. Инициативу поддерживают, это здорово.

Эквадорец отмечает, что недостаточно просто знать язык. Нужно понимать, как он устроен, чтобы суметь объяснить его по-русски. Поэтому ему тоже пришлось поднять уровень родного испанского, тщательнее разобраться в структуре.

— А если ученик пришёл первый раз, с чего начинаете?

— С алфавита. Затем чтение, определение мужского и женского рода существительных, потом артикль и глагол «являться», который необходим в любом латинском языке.

Переводить учатся намного быстрее, заметил преподаватель. Читают — и переводят. Разговаривать начинают только через полгода, когда уходит стеснение.

— Это одно и моих первых занятий. У меня хороший английский, но когда за новый язык берешься, ощущение, что колесо заново изобретаешь. Из квадрата пытаешься круг сделать. По сравнению с английским, радует, что здесь как пишется, так и читается. Это делает испанский относительно лёгким. Дальше планирую изучать его с удовольствием, – отмечает осуждённый Богдан.

Сейчас в колонии около 15 кружков по интересам: спортивные, вокально-инструментальные, творческие. На одном из них Матео сшил национальную игрушку – морскую свинку в нарядном костюме.

Оказалось, блюда из этого животного — часть национальной кухни эквадорцев. Свинок маринуют, жарят и едят на улицах, свадьбах и фестивалях. Но так поступают не все: некоторые жители держат грызунов, как и в России, в качестве домашних животных. Питомцев возят на соревнования – специальные забеги, наряжают на праздники для участия в конкурсах.

Осужденные также играют в шахматы, выписывают газеты. На выходных могут прийти в библиотеку, почитать на месте или взять книги.

— Если они чем-то заняты, значит, ничего не нарушают. Может, потом им где-нибудь это пригодится, — отмечает заместитель начальника ИК-17 Алексей Игнатов.

Помимо преподавания испанского, Матео поёт в музыкальной группе. Коллектив можно назвать успешным: кавер на песню Макса Коржа «Небо поможет нам», переведённой на испанский, занял 1 место на региональном этапе всероссийского конкурса среди осуждённых в 2026 году. Годом ранее клип на авторскую песню «Fuedo» вошёл в шорт-лист конкурса «Калина Красная». До ИК-17 иностранец музыкой не увлекался. В школе играл в театре.

— Проведение подобных конкурсов является важной частью воспитательной работы с осужденными. Творчество развивает таланты, формирует эстетический вкус, расширяет кругозор и повышает культурный уровень, — подчеркивают в пресс-службе ГУФСИН России по Красноярскому краю.

Основная задача исправительной колонии — перевоспитание, считает заместитель начальника ИК-17.

— Как правило, здесь все первоходы. Всех ждут дома, поэтому они стремятся домой пораньше, стараются во всём участвовать. Поведение в учреждении влияет на звонки, свидания и возможность потратить деньги, — объясняет Алексей Игнатов.

На территории есть магазин, цены в котором не сильно отличаются от цен в городских супермаркетах. За труд осуждённые получают зарплату не ниже МРОТа. Производственный сектор ИК-17 включает дерево- и металлообработку. На площадках учреждений также размещаются участки сторонних организаций малого бизнеса.

Матео трудоустроен подсобным рабочим и параллельно учится на втором курсе университета. Сейчас изучает банковское дело, а когда только приехал в Красноярск — поступил на экономиста. Нарушил закон, когда решил заработать денег.

— Ситуация вышла очень смешная и глупая. У меня была девушка – русская. И я хотел купить машину, чтобы с ней кататься. Не хотел беспокоить родителей с такой просьбой: они ведь оплатили и учёбу, и путешествие. Кто-то мне предложил заниматься закладками. Согласился по молодости. Спустя четыре дня меня задержали, приговорили на семь лет, — рассказывает студент.

В Эквадоре наркотики частично декриминализованы, но Матео знал, что в России их распространение – уголовно наказуемое деяние.

— Конечно, я раскаиваюсь и сожалею о том, что сделал. Надеюсь, на свободе буду заниматься чем-то хорошим, — говорит осуждённый. — Ещё думаю посвятить себя музыке. Есть много идей. Здесь я открыл у себя множество талантов, чему-то еще предстоит научится.

Последнее свидание с родителями было пару недель назад. До этого виделись только в СИЗО, разговаривали целый час.

— Они сильно переживали. Я общаюсь только письмами, поэтому в семье думали, что им другой человек пишет. Сейчас убедились, что у меня всё хорошо. Сказали, условия здесь как в общежитии, — улыбается Матео.

О том, почему сразу не запросил депортацию, отвечает честно: в России лучше.

— В Эквадоре, как и в Америке, люди сидят в клетках. А здесь мы учимся, работаем, занимаемся чем-то полезным. Здорово же.

И всё же сперва было страшно, особенно, когда не понимал ничего.

— С той девушкой мы общались на английском, в институте тоже. Поэтому здесь мне всё объясняли, как маленькому ребёнку: «Это тряпка, это ведро, это вода, синий, красный, всё остальное». Ещё русские очень серьёзные люди. Но теперь я знаю, что вы, на самом деле, очень добрые, просто не доверяете первому встречному, — признаётся иностранец.

Матео отмечает, что в ИК-17 есть хорошие люди. Просто они совершили необдуманные поступки, которые стоили им свободы.

Показывает семейные фотографии.

— Это мои родители, мама, брат. Он сейчас поедет учиться в Германию. Очень умный, говорит на четырёх языках: английском, французском, немецком и испанском, — рассказывает Матео. — Наша собака, как раз меня заменяет, пока я не дома. Это пляж перед нашей дачей, пальма. Мы живём в горах, 2800 метров над уровнем моря. Погода меняется за секунды: дождь, снег, жара.

Вернуться в Россию Лара Акунья Матео Себастьян больше не сможет. Но он уверен, что здесь много возможностей для работы и будущего.

— Теперь у меня две цели: получить высшее образование и найти русскую жену, чтобы вернуться в Кито. Встретить будущую супругу пока не довелось, но все ещё впереди, — заразительно улыбается эквадорец.

Все фото в тексте: Михаил Шуклин

Видео: ИК-17 / «Калина Красная»